Нефть, медицину и образование – народу!

 
 
Юрий Афонин: Дальнейшая деградация отечественного здравоохранения создаёт угрозу национальной безопасности страны
18.12.2019 00:00

На минувшей неделе в «Южном городе» (микрорайоне, примыкающем к городу Самаре) ВСЕ врачи-педиатры местной поликлиники написали заявления об увольнение. Причина – высокая нагрузка и маленькие зарплаты.

Недавно в Новочеркасске специализированная инфекционная больница перестала принимать пациентов, так как уволились все три доктора, работавшие в стационаре, двоим из которых, кстати, больше 70 лет!

В городе Чайковский Пермского края на днях при активном участии местных депутатов-коммунистов и крайкома КПРФ состоялся митинг против слияния детского и взрослого стационаров.

Увольнения врачей принимают характер эпидемии. Самое нашумевшее из них – в онкоцентре имени Н, Н. Блохина, где 9 специалистов уволились вслед за сменой руководства учреждения, после которой у сотрудников резко упали зарплаты.

С начала года по стране прокатилась целая волна акций протеста медиков: 1443 акции в январе-сентябре, по данным Центра социально-трудовых прав.

Эти эпизоды наглядно иллюстрирует ситуацию со здравоохранением по всей стране. Где-то она чуть хуже, где-то – чуть лучше, но в целом картина, мягко говоря, безрадостная.

Врачи, медсёстры, санитарки увольняются, не выдерживая нагрузок, несправедливой оплаты труда, жуткой бюрократии, которую плодят чиновники. Требование о доведении зарплаты врачей до 200% от средней по соответствующему региону, если и выполняется, то лишь за счёт манипуляций со статистикой и жуткими переработками. Многих санитарок переводят в уборщицы, чтобы не повышать им зарплаты по майскому указу. Когда пожилая женщина-педиатр принимает детей в поликлинике «за себя и за того парня», у неё нет даже отведённых нормативом 15 минут, поскольку маленьких пациентов много, а она одна. А выезжать на дом такой врач уже просто не может физически. Туда, скорее всего, направят молодого фельдшера. Но его визит мало будет отличаться от приезда «скорой». Кстати, детские бригады часто становятся жертвами «оптимизации» в первую очередь.

В 1990 году в РСФСР принимали пациентов 12,8 тысяч больниц и 21,5 тысяч поликлиник. Коечный фонд в стационарах составлял свыше 2 млн. мест. В 2018 году осталось 5,3 тысячи больниц и чуть более 1 млн. мест в них – в два раза меньше, чем 28 лет назад! Количество детских койко-мест также сократилось более чем вдвое – с 309,7 до 147,7 тыс. Поликлиник осталось 18,6 тысяч. В случае сохранения таких темпов закрытия больниц в ближайшие годы их количество может упасть до 3 тысяч, то есть до уровня Российской империи в 1913 году! В 1990 году работало 47,7 тысяч фельдшерско-акушерских пунктов, а в 2018-м – только 35,5 тыс., причём многие из них находятся в аварийном состоянии.

В 1990 году в РСФСР насчитывалось 694,7 тысяч врачей, в 2018-м – 548,8 тысяч. Фельдшеров и медсестёр в Советской России было 1,8 миллионов, а в России капиталистической – 1,27 миллиона. Приём в медколледжи сегодня примерно в 2 раза меньше, чем в конце советской эпохи.

Много вопросов по оснащённости и общему состоянию учреждений здравоохранения. Министр Вероника Скворцова публично признала: из 3255 районных больниц и поликлиник не менее 370 нужно снести и построить заново.

Для нас очевидно, что здравоохранение начало стремительно деградировать после начала «оптимизации». Подавали её так: зачем нужен ФАП, где только прибор для измерения давления и цитрамон с анальгином? Зачем содержать участковую больницу, если там лежит с десяток стариков в год? Зачем родильное отделение в ЦРБ небольшого района, если рожают мало, будем возить рожениц на «скорой» в «перинатальный центр». Это привело к отдалению медицины от населения. В сельской местности это уже стало огромной проблемой. К врачу нужно ехать порой за десятки километров, то же самое касается сдачи анализов, диагностики, процедур. А к узким специалистам очереди выстраиваются на недели и даже месяцы вперёд.

То же самое и с льготными лекарствами, закупку которых которые должны финансировать региональные бюджеты. То средств не хватает, то торги не состоялись, то ФАС их результаты аннулировал.

Система обязательного медицинского страхования доказала абсолютную неэффективность: средств, выделяемых по «нормативам», в реальности ни на что не хватает.

Все последние годы первичное звено здравоохранения не укрепляли, а разрушали. А теперь схватились за голову: что же делать? Но рецепты, которые предлагают чиновники, шокируют: а давайте узаконим телемедицину и будем лечить больных дистанционно, ну, если у них там интернет есть. А ещё организуем выездные бригады, быстровозводимые («модульные») ФАПы. А по Сибири и Дальнему Востоку запустим специальные поезда с медиками и оборудованием, которые будут принимать пациентов на станциях. Неужели вы думаете, что эти меры в духе МЧС способны заменить нормальную сеть медучреждений?

На совещании в августе 2019 года президент России публично признал, что сегодня в первичном звене не хватает более 25 тысяч врачей и более 130 тысяч средних медицинских работников, не хватает узких специалистов, высок уровень износа санитарного автотранспорта.

Остроту кадрового голода в здравоохранении иллюстрирует и такой факт. Для повышения привлекательности программы «Земский доктор» минздрав каждый год вынужден внедрять дополнительные меры: сначала увеличили возрастной ценз участников программы с 35 до 50 лет, а потом вовсе сняли его. Кроме того, расширили географию этого проекта: сначала – только сельская местность, потом – рабочие посёлки и посёлки городского типа, потом – малые города до 50 тысяч населения. Но не помогает. При капитализме врачи, как и всё население, стремятся туда, где можно иметь хотя бы минимально приличные заработки, – в мегаполисы.

На «скорой» тоже ситуация аховая. С 2005 года количество станций скорой медицинской помощи сократилось почти в полтора раза: с 3276 до 2338. Только за прошлый год количество врачей в этом звене здравоохранения сократилось на 534 человека. Хотя многие из них совмещают эту работу со стационаром. Даже Скворцова признала: нужно ограничить совместительство максимум 1,2 ставки, в то время как сейчас некоторые медики умудряются трудиться и на две.

Бригады скорой помощи всё чаще работают неполным составом: водитель и врач или водитель и фельдшер, но людей всё равно не хватает. Пациенты и их родственники возмущаются, что вызовы выполняются очень долго. Тех, кого нужно увозить в стационар, нести на носилках порой просто некому: водителю за это не доплачивают, а один медик не справится, да и две женщины тоже. Недавно в такой ситуации скончалась от инсульта пожилая жительница Владимира – она даже до кареты скорой помощи дойти не успела.

В соседней Рязани водители, которым значительно урезали зарплату, работают буквально «на грани». Автопарк рязанской «скорой» изношен донельзя: большинство машин на службе уже более 9 лет при норме в 5 лет. Из 53 бригад, положенных Рязани, на вызовах работают от силы 20-25. А время ожидания пациентами нередко достигает пяти и более часов!

Но и сами медики всё активнее защищают свои права, а значит, и права своих пациентов. В Пензе «итальянская забастовка» персонала «скорой» под руководством профсоюза «Действие» в конце мая 2019 года закончилась победой. Администрация была вынуждена пойти на попятную, отказаться от репрессивных мер, пересмотреть систему и уровень оплаты труда. Увенчалась успехом и борьба работников петрозаводской и кемеровской, «скорой». Отстояли свои права медики в Новгородской, Смоленской, Самарской областях.

В Крыму независимый профсоюз бригад скорой помощи, созданный двумя активистами КПРФ, также вынудил власти сесть за стол переговоров и выполнить ряд требований врачей, фельдшеров и водителей. Весьма серьёзный настрой и у работников «скорой» в Челябинской области, где они также объединились в независимый профсоюз. Словом, персонал именно скорой помощи проявил себя как наиболее сплочённая, организованная сила среди работников здравоохранения.

Медики сегодня борются не только за свои права, но и против развала здравоохранения в нашей стране. Мы их в этой борьбе поддерживаем!

 
www.izhevskinfo.ru